🍄 Завтрак микоризы. Карго-культ экосистем

🍄 Завтрак микоризы. Карго-культ экосистем

«Экосистема» – крайне неудобное понятие. Оно приходим к нам в школьные годы как научное описание мира вокруг нас, а остается то ли синонимом слова «природа», то ли примером чего-то достаточно сложного со взаимозависимостями и циклами. Мы легко можем кидаться фразами вроде «экосистема водоема» или «экосистема Microsoft», интуитивно понимая, что в первом случае там не просто водичка, а во втором речь не просто о Windows.

Тем не менее, когда очередная компания[1] заявляет, что строит экосистему[2], это не может не вызывать вопросов. А что именно вы делаете? Что является основой вашей экосистемы? Это как-то связано с живыми экосистемами? А кто участники вашей экосистемы? А какие типы отношений между ними существуют? И так далее, и тому подобное.

Нет-нет, погодите, ну нельзя же так накидываться на порядочных людей. Мы большие бигтехи местного разлива и строим свои экосистемы. Вот построим, тогда расскажем.

Следите за руками, вот как описывается «экосистема» одного «зеленого» банка в России:

… Именно так выглядит цифровая экосистема, новейший этап развития <…>. Это набор сервисов, который разработан специально для клиента, получающего возможность экономить время и деньги. В перспективе именно такая экосистема будет основой для интеграции интересов людей, бизнеса и государства в целом.

И далее:

В экосистему <…> входят компании, в том числе не имеющие отношения к банковскому бизнесу. Их главная задача — обслуживать интересы клиента и закрывать его потребности — личные или в бизнесе. Сейчас в экосистеме — 101,5 млн активных розничных клиентов.

Фактически компания называет экосистемой набор цифровых сервисов подконтрольных (холдинговых) компаний, пронизанных единым ID, и совместно «обволакивающих» общую аудиторию пользователей. Кажется, нас пытаются развести запутанным термином. Подобные кейсы мы разберем далее в разделе про супераппы и холдинги.

Удивительно, но это же издание в спецпроекте, посвященном юбилею неназванной мной банковской компании, рядом пишет прекрасную подводку, которая, как вы увидите далее, отлично соотносится с определением социо-технологической экосистемы, которое используется в этой книге:

Понятие бизнес-экосистемы в начале 1990-х годов предложил известный финансовый стратег Джеймс Мур. Его идея состояла в том, чтобы рассматривать компанию не как отдельного игрока, а как часть большой системы со множеством участников. Это особое сообщество, члены которого сотрудничают для достижения общего успеха. Клиент тоже становится его частью и может пользоваться разнообразными сервисами на все случаи жизни на выгодных условиях.

А когда нам предъявляют готовую широкую технологическую экосистему, например экосистему Apple или экосистему Microsoft, мы принимаем их естественным образом без определений и вопросов с подковыркой. Нам кажется правильным называть экосистемой то, что вокруг своего бизнеса сделала каждая из этих компаний. Интуитивно мы можем сделать перенос знакомого нам термина из экологии и биологии на новую почву социально-технологического развития.

Мы, действительно, воспринимаем экосистему условной компании Apple как сеть большого количества участников, сотрудничающих для «достижения общего успеха». При этом подавляющее большинство этих игроков связаны с головной компанией не долевыми отношениями, а хозяйственно-финансовыми, информационными, технологическими и др.


  1. Важно отметить хотя бы на полях, - подробнее мы будем об этом говорить в следующем разделе про определение экосистемы, - что термин «экосистема» проскакивает у самых разных компаний как расхожий синоним «разнообразию». Например, спикеры того же Google вполне могут сказать, что у них «экосистема устройств», а Microsoft написать в очередной статье, что какой-то новый сервис еще больше расширяет экосистему Azure. Такое синонимичное использование встречается, и это надо признать. Как и тот факт, что некоторые люди называют функциональность «функционалом». ↩︎

  2. В России, на мой взгляд, сложился очередной карго-культ, привнесенный в управленческую культуру отдельных организаций, прежде всего, финтех-рынка западными консалтинговыми компаниями. Большим гигантам вроде Сбербанка (ака Сбер) были «проданы» идеи создания супераппов по китайской модели с одновременной консолидацией (скупкой с рынка) разнообразных консьюмерских сервисов и «опутыванием» ими потребителей. По-старому, мы бы это просто назвали холдингом и диверсификацией активов, но это не модно. То ли дело «экосистема»! ↩︎


Фокус камеры выхватывает из общего новостного потока очередной стартап, строящий экосистему. У нас еще ничего нет, но мы строим экосистему вокруг наших XYZ-койнов. Вот сейчас выйдем на ICO, выпустим NFT, раскрутим свой DeFi, развернем наш web3-фреймворк. И ух, как жахнем! Старперам не понять, бумерам не соваться.

Бывают еще и такие кейсы[1]: у компании еще нет видения, не описан возможный спектр траекторий, нет сети партнеров, которая позволила бы своим разнообразием адаптироваться к вариативности внешнего мира и будущего, а она уже строит экосистему, как будто бы у нее есть что-то больше, чем 100 страниц вайтпепера (whitepaper – особый жанр литературного искусства, нацеленный поразить читателей технологическим визионерством).

Тем не менее, несмотря на мой скептицизм по содержанию, по форме такие стартапы часто оказываются правы. Их экосистемы – это совокупность разрозненных игроков, связанных общим протоколом отношений (например, блокчейном, чего уж там). Хотя каждый из них обладает независимой субъектностью и повесткой, в теории, их консолидированные усилия капают на общую мельницу.

Разнообразие игроков, включившихся в общую движуху, позволяет эволюционно, на ощупь, практически слепым случайным поиском, найти ниши и сценарии, в которых протокол работает. Критическая масса автономности частностей позволяет общности пережить кризисы в любом из сегментов.

Участники экосистемы из простых правил порождают все новую и новую сложность. И вот у вас уже над первым слоем (level 1) эфира (etherium, eth) или биткойна (bitcoin, btc) вырастает второй, а то и третий[2].

И снова, без лишних обсуждений, мы согласны, что вокруг эфира и биткойна сформированы связанные между собой мощные, развесистые, сложносочиненные экосистемы. А вокруг вчера рожденного крипто-стартапа нет.


  1. О таких случаях мы поговорим подробнее в главе, посвященной бизнес-компасу, части «Большая картина». ↩︎

  2. Виталик Бутерин, со-основатель Etherium, в 2022 году поделился своим видением на третий слой протоколов. Хотя его размышления во многом касаются архитектурных технических деталей и терминологии (что вообще мы называем слоями), между строк мы понимаем, что каждый новый слой технологии делает возможным существование «целой подэкосистемы», обеспечивая не только новый тип отношений, но и делая его, например, более дешевым внутри всей большой экосистемы эфира. ↩︎


В дверь звонит курьер. Вообще, он таксист и устроен в областном таксопарке, но привез заказ со склада Яндекс.Маркета, переданный в него из другого города через местную точку выдачи и приема отправлений, открытую индивидуальным предпринимателем по франшизе.

Нас смущают попытки назвать объединение всех сервисов Яндекса экосистемой, да и сама компания избегает этого термина в этом ключе (и правильно делает!). Но, смотря на бизнес линейки сервисов Яндекс Go + Маркет, мы уверены в их экосистемном характере.

Почему так? Потому что на своем консьюмерском опыте мы отчетливо видим и взаимодействуем со множеством других игроков, не являющихся сотрудниками, дочерними компаниями или подразделениями Яндекса. Курьеры и таксисты, оформленные как ИПэшники или в конторы посредники. Аренда таксопарка и лизинг машин. Велосипеды и самокаты, обслуживаемые подрядчиками. Десятки тысяч продавцов товаров. Компании, выпускающие продукцию под white label Яндекса (Лавка). Тысячи предпринимателей, открывающих точки приема и выдачи товаров. Посредники в логистике, особенно междугородней. Складские помещения. Пользователи, оставляющие рейтинги и воздействующие на поведение экосистемы, а с недавних пор и сами входящие в товарооборот.

Мы видим, как благодаря сервисам компании формируются новые сложные схемы отношений, для которых Яндекс дает платформу и в которых Яндекс играет роль порождающего ядра (обсудим концепцию ядра и кейс логистической экосистемы подробнее во второй части).

Схема 1. Передел "ассетов" между «цифровыми экосистемами» по признаку схожести функций приводит к формированию цифровых «зоопарков», приближающихся к профильным монополиям.

Но стоит на минуту отвернуться, и мы видим, как легко сервис доставки еды из соседней «экосистемы» был в результате очередного передела рынка[1] передан тому же Яндексу. И понимаем, что в настоящей экосистеме нельзя взять и просто так удалить критичный элемент. Что-то тут не так, давайте разбираться.


  1. Летом 2022 года между Яндексом, Сбером и VK произошла самая странная сделка на российском ИТ-рынке с двойной передачей активов. Вместе с разделом совместного предприятия «O2O Холдинг» VK получил сервис доставки «Delivery Club», Сбербанк при этом оставил себе каршеринг «Ситидрайв», сервисы «Самокат» и «Кухня на районе». Полученный «Delivery Club» VK далее передает Яндексу, получая взамен «Дзен», «Новости» и главную Яндекса (yandex.ru с переадресацией на dzen.ru). Двумя годами раньше, Яндекс и Сбер завершили другой раздел совместных предприятий: Сбербанк окончательно выкупил сервис Яндекс.Деньги, а Яндекс в ответ выкупил долю банка в Яндекс.Маркете. В результате этих и других сделок на внешнем рынке три компании становятся практическим монополистами каждая в своем сегменте: VK — на рынке социально-медийных сервисов с фокусом на пользовательский контент (UGC), Яндекс (Маркет + Go) — на рынке товарно-логистических услуг вокруг пользователя, Сбер – в широком портфеле финансовых сервисов на консьюмерском рынке. ↩︎